Светлана

Полина Орынянская

Я не пишу

Я не пишу. Коплю цвета и звуки.
И запахи. И трещины в камнях.
И свет луны ‒ заоблачной фелюги,
к полуночи причалившей на днях.

Я не пишу. Я слушаю, как в небе
вскипают белой пеной облака,
плывут, плывут, цепляются за гребни
шершавых гор, и горная река

бежит с небесной пеной на ладонях
по скальным тропам, бешено юля,
туда, где мир в рассветной дымке тонет
и жадно пьёт иссохшая земля,

туда, где море слизывает тени,
где слеповато щурится маяк
и рыба ночи, одноглазый демон,
плеснув хвостом, уходит в донный мрак,
и солнца луч цепляется за крышу.

Я не пишу. Я слушаю. Я слышу...

Светлана

Таня Даршт

***
Стихи – вне времени, религий и политик,
Они – то царский трон, то нищего сума...
И пусть сойдёт с ума нетрезвый аналитик,
Писав об этом умные тома...
Стихи – души поэта панорама,
Бальзам, что возместит бесплодье лет.
И этот Божий дар – поэта драма,
И боль, что через жизнь несёт поэт:
Так мало тех, кто времени внимает,
Так много тех, кто время отнимает...
Чем больше и значительней поэт,
Тем больше надобно для пониманья лет.

Светлана

Юрий Грунин

Совесть

И приходит она
в час, когда я ложусь,
чтоб со мною томительно ссориться –
та, которой горжусь,
та, которой стыжусь,
та, что раньше звалась моей совестью.

И приходит она чередою ночей –
и тревожит она, и гложет,
и всё душит меня за измену ей –
и никак задушить не может…

И рыдает, себя же в бессилье кляня,
и всё мечется, точно слепая.
А потом, онемев, отпускает меня.
И, измученный, я засыпаю.

А наутро – сную, а наутро – смеюсь,
вновь готовый кривляться и мчаться,
словно это не я, словно я не боюсь
наступленья полночного часа.

Но приходит мой час, и приходит опять
под бессмысленной маской бессонницы,
чтоб оплакать меня перед тем, как распять –
та, что раньше звалась моей совестью.

1970

Светлана

Андрей Ивонин

***
Со временем былая пустота
наполнится вдруг воздухом, дыханьем,
прикосновеньем рук, сердцебиеньем,
и новой дивной музыкой. А та
в себя впитает шорох и цветенье
травы, деревьев, птичий щебет, цвет
закатных облаков. И будут слух и зренье.
И будет свет.

Светлана

Анна Наль

***
Сошел не первый снег, и снова
земля чернела на полях,
и чуть курился дух сосновый
туманом утренним на пнях.
Как в незашторенном окошке,
мелькали черных птиц тела
меж четких веток, и плыла
в дождях оттаявшая мошка
вдоль по течению ствола.
Лежала осень вдоль дороги
то в бурых лужах, то листом
лимонно-желтым. Было в том
ее паденье откровенном
так много от людских забвений,
себя не помнящих потом...

1968

Светлана

Владимир Соколов

Обращение

Я обращаюсь к тени удаленной,
Годами находящейся в отлучке,
Присутствием моим
не утомленной,
Не доведенной памятью до ручки.

Я обращаюсь к холоду и зною,
К любви я обращаюсь и к измене,
К словам с их лицевою стороною
И с подноготной.
Обращаюсь к тени.

Я лишь в одном сдаюсь тебе на милость,
Но даже в том не кланяюсь давно:
Услышь меня!
И — что б ни возомнилось —
Ответь.
Письмом ли, сном ли.
Все равно.

Я обращаюсь к памяти бездомной,
Прошитой искрой инея.
Пойми,
Я обращаюсь к совести бездонной,
Что, как река, вскипала за дверьми.

Я обращаюсь к тени миновавшей,
Среди теней минувшего живущей,
В их обществе лица не потерявшей
И доброй тенью,
может быть,
слывущей.

И разговаривая с этой тенью,
Ты понимаешь, милая, сама —
Я до сих пор живу в недоуменье:
Что может тень?
Прислать мне тень письма?!

Светлана

Владимир Солоухин

Осенняя ночь

Блестит панель. По ярким лужам
Гуляют зябкие ветра,
Еще не время зимним стужам,
Ненастью самая пора.

Вкруг фонарей из тьмы дождинок
Завесы желтых паутин.
И дождь, стремящийся в суглинок,
Асфальт встречает на пути.

Машины, зонтики прохожих,
Реклам и окон яркий свет…
Здесь ночь сама на день похожа
И темноты в помине нет.

А между тем бывает страшен
Сырой осенний мрак земли.
Над молчаливой речкой нашей
Теперь темно, хоть глаз коли.

Там, по дороге самой торной,
На ощупь двигались бы вы.
Лишь ветер мокрый, ветер черный
Средь черной рыскает травы.

Там под сырым ночным покровом
Листва мертвеет на кустах,
Грибы растут в лесу сосновом,
И рыба бродит в омутах…

Светлана

Юрий Ряшенцев

***
Жухлый цвет предзимнего газона.
Запах судака или сазана.
Легкий финиш летнего сезона.
Лето было сказочным. Осанна!

Синие текли, сверкая, реки.
И леса зеленые шумели.
Щуки сами - точно, как в аптеке -
прыгали из омутов к Емеле.

Каждая сулила, что не жалко:
та - любовь, а эта приключенья.
Солнышко и грело, но не жарко,
в меру, не до умопомраченья.

А сейчас обычные прогнозы.
Изо всех цветов по всем законам
лишь одни серебряные розы
и видны на зеркале оконном.

Я живу без смысла и без толка,
вроде "рыбьих" строк в стихотворенье,
будто это и не жизнь, а только
созерцанье, только лицезренье.

Светлана

Александр Кушнер

***
Я вермута сделал глоток
И вкусом был тронут полынным.
Как будто, тоске поперек,
Я встретился с другом старинным.

Давно мы не виделись с ним,
И сцены менялись, и акты,
И он — сколько лет, сколько зим! —
Спросил меня тихо: Ну как ты?

Бокал я чуть-чуть наклонил
С полоской, идущей по краю,
Помедлил, еще раз отпил
И честно ответил: Не знаю!

Светлана

Давид Самойлов

Перед снегом

И начинает уставать вода.
И это означает близость снега.
Вода устала быть ручьями, быть дождем,
По корню подниматься, падать с неба.
Вода устала петь, устала течь,
Сиять, струиться и переливаться.
Ей хочется утратить речь, залечь
И там, где залегла, там оставаться.

Под низким небом, тяжелей свинца,
Усталая вода сияет тускло.
Она устала быть самой собой,
Но предстоит еще утратить чувства,
Но предстоит еще заледенеть
И уж не петь, а, как броня, звенеть.

Ну, а покуда в мире тишина.
Торчат кустов безлиственные прутья.
Распутица кончается. Распутья
Подмерзли. Но земля еще черна.
Вот-вот повалит первый снег.

10 сентября 1964

Администратор запретил отвечать гостям на сообщения! Для регистрации пройдите по ссылке: зарегистрироваться